Коновалова Нина Анатольевна, кандидат искусствоведения, советник РААСН, ведущий научный сотрудник; главный редактор журнала «Современная архитектура мира»
Konovalova Nina Anatol’evna, Candidate in the History of Arts, Leading Researcher; managing editor of the periodical “Contemporary World Architecture”
Dushinskaya Street, 9, 111024, Moscow
Михейкин Дмитрий Игоревич, архитектор, кандидат архитектуры, научный сотрудник; профессор
Mikheikin Dmitry Igorevich, architect, PhD in Architecture, Researcher; Professor
Dushinskaya Street, 9, 111024, Moscow
Шевченко Марианна Юрьевна, доктор архитектуры, профессор кафедры истории архитектуры и градостроительства; ведущий научный сотрудник
Shevchenko Marianna Yuryevna, Doctor of architecture, , Department of History of architecture and town planning, professor; Leading Researcher
Dushinskaya Street, 9, 111024, Moscow
Щербаткина Вера Львовна, старший научный сотрудник
Shcherbatkina Vera L’vovna
Dushinskaya Street, 9, 111024, Moscow
Статья посвящена проблеме сохранения, трансформации и актуализации традиционных ценностей в архитектуре в условиях глобальной унификации архитектурного языка и растущего запроса на культурную идентичность. В теоретическом разделе предлагается трехуровневая иерархия традиционного: аутентичное (укорененное в народной культуре), новое традиционное (связанное с абсолютизацией традиции в модернизме) и новейшее «традиционное» как симулякр (постмодернизм). На примере Германии рубежа XVI–XVII вв. демонстрируется «естественная» работа традиции, когда аристотелевская идея государства как живого организма материализуется в строительной типологии и семантическом выделении церквей постготическими формами. Анализ современной Японии показывает непрерывно действующий культурный код, включающий концепции ваби-саби, категорию «ма», минимализм и иерархию пространства, который переводится на язык новых технологий и материалов без прямой стилизации. Изучение архитектуры Китая конца XX – начала XXI в. выявляет модель сознательного возвращения к традиции после периода идеологического разрыва: конфуцианская иерархия и ось, даосское единение с природой, а также буддийская образность пагоды и Небесного дворца становятся инструментами конструирования национальной идентичности. Полученные результаты позволяют утверждать, что механизмы трансляции традиционных ценностей варьируются от нерефлексируемой преемственности до программной государственной политики, что открывает новые перспективы для изучения архитектуры как активного носителя мировоззренческих смыслов. Сравнение трех моделей позволяет заключить, что традиционные ценности в архитектуре выступают не как набор декоративных форм или стилистических цитат, а как глубинные мировоззренческие принципы, материализующиеся в композиции, типологии, отношении к пространству и природному окружению.
This article addresses the problem of preserving, transforming, and actualizing traditional values in architecture under the conditions of global unification of architectural language and the growing demand for cultural identity. The theoretical section proposes a three-level hierarchy of the traditional: the authentic, the new traditional, and the newest “traditional” as simulacrum. The case of Germany at the turn of the 16th–17th centuries demonstrates the “natural” operation of tradition, where the Aristotelian idea of the state as a living organism is materialized in building typology and the semantic marking of churches through post-Gothic forms. An analysis of contemporary Japan reveals a continuously functioning cultural code, encompassing the concepts of wabi-sabi, ma, minimalism, and spatial hierarchy, which is translated into the language of new technologies and materials without direct stylization. A study of Chinese modern architecture identifies a model of conscious return to tradition after a period of ideologica.rupture: Confucian hierarchy and axis, Daoist unity with nature, and Buddhist imagery of the pagoda and the Heavenly Palace become instruments for constructing national identity. The obtained results suggest that the mechanisms for transmitting traditional values range from unreflective continuity to programmatic state policy, opening new perspectives for studying architecture as an active carrier of worldview meanings. A comparison of the three models leads to the conclusion that traditional values in architecture function not as a set of decorative forms or stylistic quotations, but as deep worldview principles materialized in composition, typology, relationship to space, and natural environment.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.